Про Абинск.
► Показать
Соболев Андрей | Что в имени тебе моем?
Идем туда, где разные науки
И ремесло – шашлык и чебуреки,
Где вывеска, изображая брюки,
Дает понятье нам о человеке.
Осип Мандельштам
Немного лет тому назад на старом фасаде окраинного продмага мы случайно увидели лихую вывеску «ЦУМ блин». Она насмешила нас, порассказывали о ней друзьям, а она не забывалась. И невольно мы стали поглядывать на другие. Молчаливый и кричащий язык города начала 21–го века становился интересен. Забрезжило смутное представление о том, что в обычной рекламной вывеске - речевой портрет своего времени. А что если рассказать о нас – своем городе – посредством одной сферы жизнедеятельности человека – через вывеску торговых предприятий? Кстати, Ильф и Петров, в своем знаменитом романе делают вывод об уездном городке - люди здесь рождаются, чтобы побриться, подстричься и умереть …- по количеству соответствующих вывесок.
Итак, Абинск – районный городок на трассе Краснодар – Новороссийск. «Из тьмы лесов, из топи блат…» появилось Абинское укрепление на гиблом месте в долине реки Абин. «Гарнизон его состоял из пеших казаков Черноморского войска …отряд пробирался на протяжении многих верст по грудь в воде». А спустя несколько десятков лет основалась станица… «Люди трудолюбивые, не очень предающиеся пьянству, несколько зажиточные, знакомые с некоторыми удобствами жизни, и в домах пятидесяти уже есть самовары», – свидетельствовали историки района В. Неподоба и С. Волков. (В Абинский краеведческий музей нас в первый раз пропустили по билетам, а потом признали за своих, даже очерк попросили в свой фонд).
В 1900 году в большой казачьей станице Абинской, украшенной могучими дубами (которые с тех пор накинули еще столетие), насчитывалось 118 торговых лавок: бакалейная лавка (с сухими съестными товарами), обувная лавка и т.д. Названием служила фамилия владельца. Статус имени помогал в конкуренции, служил для станичников указанием месторасположения лавки, ведь зачастую где жили, там и торговали. Бакалейные лавки Сиянова, Лузана, Четлакиди (был правительственный указ, по которому грекам высочайше позволено было селиться здесь и открывать торгово–промышленные заведения), обувные лавки Слонова и Фитисова, лавка по продаже гончарной посуды Кихтенко, магазины купца Скаженика, квасная и духан (на Кавказе небольшой трактир или лавочка) Сиянова–старшего… Солидные вывески солидных людей.
А в это время «в столицах шум, гремят витии» Серебряного века, и дерзкие вывески литературных кафе - «Бродячая собака» и сменившая ее «Привал комедиантов» - уже часть истории литературы.
В советское время магазины стали принадлежать государству.
Бакалейный магазин братьев Кургузовых, к которому ездила конка от железнодорожного вокзала, переименовался в Комсомольский.
Кофейня Фрингулиди при Советской власти стала специализированным магазином «Книги» (курс на просвещение народа). На месте бывшего ресторана и небольшой гостиницы Паласиди появился промтоварный магазин. Новую типовую гостиницу сблокировали с рестораном в стиле казачьих куреней, но соответствующего диалектно – стилизованного названия не дали – «центр общественного питания» и только. Зато у него появилось устное название: народ окрестил его «айсбергом», видимо, за величину и угловатость.
В целом названия торговых предприятий тех лет были без затей: универмаг, гастроном, ресторан, столовая.
Большинство предприятий имели одинаковый ассортимент и просто порядковые номера, как отразилось это в современной литературе о том времени. У Ю. Полякова: «…на железной стене возле двери можно разобрать полуистершуюся трафаретную надпись:
Павильон№27
Конечно, нашу пивную павильоном мы не называли никогда. Смешно! Сначала безыскусно именовали «точкой», потом «гадюшником», года полтора держалось название «У тети Клавы» – по имени уборщицы, одноглазой старушки, которая смело бросалась разнимать дерущихся с криком:« У тети Клавы не поозоруешь!» Но вот выявился один замечательный завсегдатай – спившийся балерун из Большого театра... За дармовую кружку пива… крутил фуэте и кричал дурным голосом «Р–иголетто–о–о!» Пивную начали называть «Риголетто», потом «Рыгалето». что, в общем–то, более соответствовало суровой общепитовской действительности».
В народе всегда, особенно в застойные советские времена, была тоска по словотворчеству в ономастике. Вообще можно поразиться, какие эмоции вызывали такие названия магазинов, как «Сельмаг», судя по отзывам главного героя из той же повести Полякова: «с подлым названием», «со свинским названием», «с неистребимым названием» – «товары первой необходимости». А валютный магазинчик «Осинка» взамен «Березки»?
Вернемся в Абинск. В подшивках районной газеты наряду со стандартными названиями упоминается «Уют», фотографию которого мы нашли в буклете «Абинский район».
Такие магазины выделялись на фоне безликих и отличались некоторым своеобразием товаров в эпоху тотального дефицита, когда расходы на «рекламу как порождение капитализма» были незначительны. Вот и пользовались симпатиями населения избранные: «Ягодка» – промтоварный магазин отдела рабочего снабжения (затем магазин для пенсионеров), «Дежурный» (работал до 10 вечера) и кафе–столовая «Чебуречная». Пожалуй, только это кафе можно считать вошедшим в литературоведение (краевое), благодаря исследовательской работе десятиклассниц нашей школы Ольги Кононовой и Алисы Федотовой. Дважды в романе «Тихий Дон» упоминается Абинская, причем в эпизодах, где Григорий Мелехов возвращается к жизни после тифа и бедствий и именно в Абинской снова садится на коня.
Им удалось найти свидетелей пребывания писателя в городке в 60–е годы. Дочь одной из работниц кафе рассказала, как его узнали и от души гостили, закрыв кафе «на спецобслуживание».
В конце 20–го века начался настоящий торговый бум. «Как часто пестрою толпою окружен…» – можно сказать о современном горожанине среди разноголосья сегодняшних вывесок. И «мгновенную ономастическую ситуацию» (ономастика - наука, занимающаяся названиями), отследить было просто невозможно. Пока собирался материал, толковались названия, например, «Капитан Флинт», он приказал долго жить, как и «забойная», на грани фола, «ЦУМ блин», а мебельный «12 стульев» стал … пивным баром «12 стульев». Чего только не было в нашей сегодняшней коллекции! Все разнообразие лексики: антонимы – «Зима – летто», профессионализмы – «Запчасти», фольклор – «Домовой», жаргонизмы – «Шанхай», перифразы – «Дары природы». Группа урбанонимов со значением местности: «Казачий рынок», «Зори Кубани», «Вина Кубани», «Кубаночка», «Кубанские разносолы», «Абинск». Авто–, Зоомир»(самое частотное в словосочетаниях – «мир» в значении «много» и в значении «узко», и дробление на мирки бесконечно: «Мирокон», «Канцелярский мир» - закуток в продтоварном магазине). Метонимия «Океан», «Индия», синекдоха «Жемчужина», «Изумруд», а уж метафор: «Радуга», «Эльдорадо», «Магнит», «Королева», «Оазис», «Новое время» …(Просим прощения за явное повторение к ЕГЭ выразительно–изобразительных средств языка).
Владельцы нынешних торговых предприятий используют тягу людей к красивой жизни: «Мебельный салон», «фотоГРАФ», «Королева», «Сити–клуб», хотя, например, в фасаде магазина «Гранд» не было ничего «дворянского».
Есть множество магазинов, названных по именам: «Марина», «Александра», «Эллина», «Диана» – как знак любви к близкому человеку и демонстрация благ. Иногда фамилией владельца называют сами покупатели, как при дореволюционном капитализме: магазинчик «У храма», что расположен у церкви, знают как «У Игнатенко» И ретро–мода нас не обошла: в начале 20 века «У Четлакиди», в начале 21 – «У Михалиса». Удивительно быстро растет число ювелирных магазинов – «Изумрудов», «Лотосов», «Жемчужин». «Тягу к роскоши» нам объяснили кризисом: валюта неустойчива, и деньги вкладывают в ювелирные изделия. По количеству вывесок баров, ресторанов, кафе, клубов представляется, что люди стали состоятельней, они чаще стали собираться в местах массового отдыха. О растущем автопарке говорит множество вывесок с «авто» в составе слова, есть даже два магазина «Автомир» – не хватило фантазии у владельцев.
Но трепетно относятся к вывескам большинство собственников. Основательно объяснила выбор названия принадлежащего ей «Клондайка» учительница нашей школы: в том районе, где магазин расположен, живет много пожилых людей, и для них это заведение – золотая жила: и близко, и товар всякий. Хозяин магазина «911» работал в прошлом в службе спасения. Кафе «Шивелуч» говорит о ностальгии владельца по Камчатке.
А что думают о лексической значимости вывесок покупатели? Обращаемся к молодой женщине:
– Почему магазин называется «Юг»?
– А в нем нам всегда тепло и уютно. (К радости владельца) Такой же вопрос студенту:
–Я не смотрю на названия. Какая разница, «Телец» или «Феникс». Иду в ближайший или который нужен.
Мы тоже думаем, что точная информация лучше забавы.
В вывесках отразился процесс расслоения общества: «Секонд–Хенд», «Очень дешево», «Эконом», «Одежда для своих», «Магнит» – сеть дешевых магазинов.
В байке о заселении Кубани рассказывается, как однажды кто–то из жителей Екатеринодара споткнулся обо что–то на подсохшей земле базарной площади. Оказалось, что о кончик пики казака, который утонул в грязи вместе с лошадью. Для истории о нашем городке взяты правдивые сведения из местной прессы: «Магазины «Магнит» в Абинске и Ахтырке утопают в грязи, невозможно пройти, на машинах подъезжают прямо к двери, пешие идут по газонам, перепрыгивая через лужи».
А что продается в «Фениксе», «Самсоне» и вообще в «Зодиаке»? Лишь в «Водолее» угадывается сантехника, да и то не всегда, как свидетельствует обращение читателя местной газеты к главе района: «У нас есть магазин «Водолей», который в народе называют «Водколей». Две школы рядом. Дети покупают пиво…»
Однажды в телепередаче о Калининграде можно было хорошо рассмотреть за спиной ведущего вывеску какого–то питейного заведения «Вечный зов». Все это было бы смешно…
Нам нравится в нашем городе вывеска «Красная цена». Красная – лучшая, праздничная, красивая (красная девица, красная площадь, красный угол, улица Красная на Кубани). Сам по себе смысл этого фразеологизма (этому товару – красная цена..)говорит о точной и небольшой цене (…копейка). В целом создается образ «честного» заведения, что и нужно грамотному владельцу.
Лингвисты еще с конца 20–го века заметили, что «экономическая лексика», к которой относится словарная реклама – наиболее активно пополняющийся словарный пласт. И здесь лидируют иноязычные слова, более социально предпочтительные, престижные. Французское слово boutique значит «лавочка, небольшой магазин». В русском языке его просто повысили в ранге – «магазин модной одежды». Поэтому ничего смешного, если подумать, в словах абинского юноши о том, что скоро в Абинске будет свой форелевый завод и откроется рыбный бутик.
«Таверна», «Беталинк», «Визави», какая–то «Эльдостар»… И крайнее выражение толерантного отношения к заимствованиям – вывески на чужом языке: «Glamour», «Statesman», «Market», «Maxi». Наша газета «Восход» откомментировала это так: «Еще горше становится, когда видишь названия заведений, написанные латинскими буквами, но не по правилам языка, использующего латиницу. Ни один лингвист не скажет вам, что же это за слово такое – «Ledi»! Видимо, автор данного названия подразумевал опять же английское «Lady», но, к сожалению, допустил аж две ошибки в слове из четырех букв». (Почти по Гоголю: магазин с «надписью: «Иностранец Василий Федоров»). Закон во Франции: компания, которая в рекламных акциях совершила языковые ошибки, обязана уплатить штраф до 2,5 тысяч евро...
Особая группа – названия, связанные с популярными произведениями искусства.
«Зима–летто» по следам сериала «Не родись красивой» (как и в Екатеринбурге, Москве, Ярославле, правда, с разной графикой), «12 стульев» Ильфа и Петрова, веселое и благодушное. Вот только абсолютный лидер по количеству вариаций названий, фильм Георгия Данелия, не засветился в Абинске. Зато по России и СНГ – «Мимино», «Я так думаю», «Чита–Грита», «Вы почему кефир не кушаете? Не любите?», «Я так хохотался»… Но разве сравнятся они с придуманными самим Данелия вывесками сельских духанчиков в фильме «Не горюй!»: «Сам пришел» и «Не покидай меня, голубчик мой!».
Еще не можем не вспомнить и материал из «АиФ», имеющий отношение к нашей теме. О названии ресторана в Нью-Йорке, где встречались Иосиф Бродский, Михаил Барышников, Эрнст Неизвестный… Это стихотворение лауреата Букеровской премии Василия Аксенова. Шутливое и не очень: «Входи сюда, усталая мужчина, и отдохни от чужеземных свар. Нам целый мир покажется чужбиной. Отечество нам «Русский самовар!»
Так у нас началось с кубанского городка, а закончилось «целым миром».
Можно оглянуться назад… Как мы путешествовали по городу летом, в пекло, на велосипедах! Мы делали круги, объезжая улицы у черта на куличках, когда выпивалась даже противная степлившаяся вода. А южной зимой по грязище ходили с фотоаппаратом? Домой доходили никакими.
Так что же нового узнали мы о людях, благодаря вывескам? Лучше сказать словами булгаковского Воланда: «Они люди как люди. Любят деньги, но ведь это всегда было… Ну, легкомысленны… ну, что ж … и милосердие иногда стучится в их сердца… обыкновенные люди… в общем, напоминают прежних».
А что можем сказать о самих вывесках? Что это фольклор и бизнес. Что если у бизнеса 4 девиза: «Все! Всегда! Везде! Всем!», то у нас в ответ немалая ценность – осмысленного выбора. И скромная вывеска может быть поднята до категории философии: куда зайти, что выбрать, как жить–поживать.
Что, оказывается, все больше попадает она в поле зрения, ведь и находится постоянно в поле зрения. Что в какой–то степени это показатель образованности народа и его патриотичности…Свежий пример из декабрьской 2009 года районной газеты «Анфас»: «…Будут ли в Америке называть русскими словами магазины? Да не дождемся!
Сколько мы, абинчане, ждали торгового или развлекательного центра и вот дождались. Его скоро начнут строить, но вот рабочее название у этого заведения – «Абинск–city»! Поясняю, city – большой город, сам Абинск city не является. И что же мы хотим этим названием сказать или показать? Мне кажется, что стоит еще подумать над названием. Мы так долго ждали этого центра, так давайте не ударим в грязь лицом, а построим его быстро, хорошо, качественно, да еще и назовем красиво!
Можно даже конкурс провести на лучшее название. Я предлагаю «Планета плюс». Почему? Пусть это будет планета радости и веселья, а плюс как стимул для продолжения развития нашего города»
Мы согласны с землячкой: давайте думать …
Вот пока и все об обычном и неповторимом южном городке, где осенью машины давят на дальних улицах орехи, женщины ходят под зонтиками не только летом, но и зимой в снегопад, а весна заглядывает рано, в «февральские окна».
Соболев Андрей, 17 лет, Абинск
!
